Александр Шаталов. Последняя книга

В Центре Вознесенского на Большой Ордынке 15 февраля состоится вечер памяти писателя, критика, тележурналиста Александра Шаталова и презентация его книги "Аметистовый ларец". Ведет вечер Светлана Конеген.

"Аметистовый ларец" — последняя книга Александра Шаталова, которую он успел составить и подготовить к печати. В ней собраны статьи о знаменитостях мира искусства — художниках, фотографах, архитекторах, дизайнерах, чьи выставки в последние два десятилетия проходили в России и за рубежом. Караваджо и Рокотов, прерафаэлиты и Кандинский, Дюшан и Коко Шанель, Дина Верни и Ян Саудек, художники-нонконформисты, в корне изменившие представление об отечественном послевоенном искусстве, и много других имен.

Книга состоит из пяти частей: русские живописцы, зарубежные живописцы, архитекторы, фотографы, мир моды. Помимо статей, в "Аметистовом ларце" собраны редкие фотографии, в том числе, из личного архива автора.

Александр Шаталов (1957-2018 гг.) — поэт, критик, издатель и телеведущий. В основанном им издательстве "Глагол" — первом постсоветском частном издательстве – впервые были изданы на русском языке Джеймс Артур Болдуин, Уильям Берроуз, Стивен Спендер, Чарльз Буковски, выпущены первые издания Эдуарда Лимонова, Наталии Медведевой, Александра Галича и многих других российских авторов.

С 1993 года Александр Шаталов вел регулярные книжные обзоры на телевидении, он автор и ведущий известной программы "Графоман", член Союза писателей СССР и русского ПЕН-клуба. В 2010-е годы Шаталов выступил автором документальных лент "Оскар Рабин. Счастливый путь", "Небосвод Эрика Булатова", "Немухинские монологи", "Олег Целков. Я не здешний, я чужой", "Алфавит инакомыслия. История журнала "А-Я" Игоря Шелковского".

Телеведущая Светлана Конеген вспоминает: "Саша был особенным человеком, ни на кого не похожим. Настолько не похожим, что временами кого-то это могло и раздражать. Он был очень склонен к экспериментам и особого рода интеллектуальному хулиганству. Конечно же, в нем были черты, типичные для людей перестроечного поколения, пережившего немало иллюзий и надежд, но на фоне этого поколения, не слишком избалованного сколько-нибудь явными успехами, он успел сделать удивительно много.

Образование у Шаталова было техническое (он заканчивал Московский институт инженеров гражданской авиации), и это, возможно, наложило определенный отпечаток на его характер и даже спасло поначалу от некоторых крайностей жизни столичной богемы того беспорядочного времени. В нем, безусловно, была внутренняя дисциплина.

Писать он начал с середины 1980-х: несмотря на технический бэкграунд, природа, талант, тяга к словесности, "высокая болезнь", которой он страдал всю жизнь, взяла свое. Начинал он как поэт, и в итоге вышло пять его поэтических сборников. Параллельно выступал как критик. Какое-то время работал корреспондентом в "Вечерней Москве", редактором в "Молодой гвардии".

Ну а потом в воздухе потянуло чем-то совсем новым – тем, что люди, возможно, ошибочно принимали за свободу. Для Шаталова свобода заключалась, в первую очередь, в слове. Как многие, он начал выезжать за рубеж, где познакомился с литературными кругами русской эмиграции. Конечно же, с Эдуардом Лимоновым и Натальей Медведевой, чьи экстравагантные по ту пору образы произвели на него неизгладимое впечатление, но и не только с ними. Именно в это время рождается самая, возможно, важная идея его жизни – создание частного издательства, ориентированного на ту литературу, с которой (за малым исключением) советский читатель решительно не был знаком. Благодаря ему и его издательству "Глагол" в наши руки попали книги Берроуза, Болдуина, Спендера, Форстера, Чарльза Буковски, не говоря о тех же Лимонове, Нине Садур, Евгении Харитонове и Александре Галиче.

Пустить в плаванье такой самостоятельный и самобытный издательский кораблик по тем временам было культурным подвигом. Как наскребались деньги на его жизнь, было известно одному основателю. Этому своему выбору он остался верен до конца.

Со временем Сашины интересы росли, да и жизнь подбрасывала новые, подчас неожиданные возможности. Ближе к середине 1990-х появилась такая неведомая раньше для нашего поколения вещь, как телевидение. Советское ТВ было настолько официозным и фальшивым (практически как сейчас), что ориентироваться на него было невозможно. Тогда же, в середине 90-х, оно неожиданно посвежело, в нем появились какие-то новые, разумные, талантливые силы и головы.

Шаталов, отлично чувствовавший новые веяния, оказался на ТВ. Мы встретились с ним в компании "Телепроект", где он много лет делал яркую, оригинальную программу "Графоман", посвященную книжным обзорам, ну а я – первую по тем временам телеверсию светской хроники "Сладкая жизнь". "Графоман" прожил долгую жизнь на экране и сделал своего автора абсолютно медийным лицом: забыть его самого и его лихие швыряния неудачных книжек в помойное ведро было невозможно.

Отдельной историей стала его любовь и бесконечный, очень серьезный интерес к современному искусству. Он не пропускал ни одного вернисажа. Плодом этой увлеченности стала целая серия документальных фильмов о гениях советского неофициального искусства, снятая в 2010-е: от Оскара Рабина до Владимира Немухина. Последний фильм, посвященный Игорю Шелковскому, вышел в 2018 году.

Со временем характер его, как и у многих из нас, стал меняться. Склонности к интеллектуальному хулиганству оставалось все меньше, он как будто грустнел. В нем появлялись нотки дидактики, со многими он легко ссорился... Не знаю, можно ли это назвать предчувствием, скорее, возрастом. Но ведь он умер молодым, всего в 60. Многим из нас сейчас почти столько же, и мы считаем это второй молодостью. Правы ли мы? Этого не знает никто".

Сегодня

Вы можете получать оповещения от vesti.ru в вашем браузере